Поиск по сайту
Карта сайта
Эксцентричный президент Ирана Махмуд Ахмадинеджад задумал провести в стране металлургическую революцию. Более 50-ти лет назад на краю великой соляной пустыни в самом центре Ирана, в местечке Гармсар, в семье местного кузнеца Ахмада родился сын. Мальчика назвали Махмудом. Мальчик рос в бедности, жизнь была непростой. Тем не менее, через 20 лет он блестяще сдал национальный университетский вступительный экзамен, показав 132-й результат из 400 тысяч абитуриентов. Фамилия тому мальчику была Ахмадинеджад. Мальчик из бедной семьи уже далеко не мальчик. Теперь он одна из главных и самых эксцентричных фигур в мировой политике. Он может позволить себе отрицать явные исторические факты, писать добрые письма президенту США, ощущать божественное сияние вокруг своей фигуры во время выступления с трибуны ООН и даже говорить о своей прямой связи со Всевышним. Видимо именно последний надоумил Ахмадинеджада, который уже не раз шокировал и местную, и зарубежную общественность своими словами и поступками, устроить небольшую инвестиционную революцию иранским металлургам. Уверен, что многие, читающие эту колонку, с металлургией Ирана знакомы не понаслышке. Некоторые, вероятно, бывали в этой красивой стране. Всем прекрасно известно, что страна обладает более 5 млрд т запасов железной руды, а следовательно, является весьма интересной для крупных международных металлургических концернов. Добавив к этому дешевую энергию и низкую стоимость рабочей силы, Иран вполне можно считать одним из наиболее привлекательных в мире мест для производства стали. Не так давно правительством был озвучен план по развитию металлургии Ирана. Так, к 2010 г. страна намерена довести объемы производства стали до 29 млн т, а к 2020 г - до 54,6 млн т. Сегодня в стране видимое потребление стали составляет порядка 15 млн т. Если учитывать примерные темпы развития металлопотребляющих отраслей в стране, то потребление стали к 2010 г должно составить 21-24 млн т. Таким образом, если Ирану удастся воплотить свой план в жизнь, страна прочно войдет в экспортный клуб. Что уж говорить о 54 млн т... С такими показателями Иран станет одним из главных экспортеров. А теперь давайте вспомним события 3-5 летней давности, когда Иран уже "начинал" активно развивать свою металлургию, согласно такому же плану по развитию отрасли, датированному 2001 годом. Тогда страна к 2005 г. грозилась выпускать до 16 млн т стали в год, кокетливо отмечая, что это не предел. Над Тегераном высились громады башенных кранов, комитет по планированию с радостью рапортовал о реализации очередного инфраструктурного проекта на юго-востоке страны, а муллы открывали очередную гигантскую мечеть. Тем не менее, к 2007 г. удалось выпустить только 10,5 млн т стали. А ведь в пятилетних планах развития были прописаны абсолютно другие цифры. У иранцев подобное удивления не вызывает, у иностранцев, имевших дело с Ираном, в принципе тоже. В Иране экономические планы имеют одну хитрую особенность: они не выполняются. А теперь посмотрим, что происходит параллельно с оглашением наполеоновских планов по завоеванию металлургических рынков. Ахмадинеджад приказал прекратить деятельности Комитета по управлению и планированию (для того чтобы усилить контроль центральной власти за экономическими проектами), государственные ведомства хором рапортуют о росте инвестиций на 700% (до 8,8 млрд долларов за первые 9 месяцев иранского года), промышленное министерство заявляет о создании особых экономических зон для иностранных инвесторов, и, буквально, через неделю, после оглашения планов по развитию отрасли и проповеди об ее инвестиционной привлекательности, "вдруг откуда ни возьмись" перед Ахмадинеджадом и Ко. (как божественный свет над трибуной ООН) появляется загадочный европейский инвестор, который, несмотря на все политические риски, готов вложить в металлургию Ирана 10 миллиардов (!) долларов. Сумма для металлургии отдельно взятой страны беспрецедентная!Об азиатских инвесторах вроде бы все известно: Tata Steel и Posco планируют реализовать несколько проектов на иранской земле, с американскими инвесторами тоже все понятно: эмбарго есть эмбарго. Только "одна маленькая, но гордая американская птичка" (неизвестная, кстати) по данным иранской стороны планирует построить упаковочное производство в Иране для упаковки иранских же фисташек. А вот с европейскими металлургическими инвесторами -- пока все неопределенно, также как и у европейских инвесторов пока еще ничего особенно не определено с Ираном. С точки зрения рентабельности производства стали - страна отличная, но вот с точки зрения политических и экономических рисков - не очень. Создается подозрение, что весь этот инвестиционный PR (а сюда следует еще включить инвестиционные конференции, проводимые в Европе) не что иное, как составная часть новой экономической политики Исламской республики. Помимо того, что стране необходимы инвестиции, новые рабочие места, качественный экспортный продукт, Ирану как никогда нужна поддержка сильных мира сего в противостоянии США. Этим сильным как раз и может стать Европа, которая начнет думать по-другому, после того как промышленники из ЕС инвестируют миллиарды долларов в иранскую экономику и металлургию в частности. Про нефть и газ мы не говорим, с ними и так все понятно, а вот на волне дефицита руды и высоких цен на сырье, розыгрыш металлургической карты может стать серьезным подспорьем для Ахмадинеджада. Инвесторов подгоняют: инвестируй в Иран. Инвесторы думают, ведь Иран действительно привлекательное место для строительства металлургических предприятий. А Ахмадинеджад спокойно и с достоинством продолжает ковать свой инвестиционный щит от американских ракет, причем ковать его он будет уже не только из нефти и газа, но и металла. Только вот щит ли это, или shit, для иранского народа, пока неясно: -- Русмет
 
Новости рынка
Арматура
Сталь
Обработка металла